Вход |  Регистрация
 
 
Время электроники Воскресенье, 19 августа
 
 


Это интересно!

Новости


Обзоры, аналитика


Интервью, презентации

Ранее

КРЭТ создает лабораторию для исследований в области фотоники

В последние годы электронные системы все чаще заменяются на фотонные. Связано это в первую очередь с иной физической природой фотона. Что же такое фотон и какие уникальные возможности военной технике предоставит новое направление – радиофотоника?

Контрактная сборка – актуальный путь импортозамещения

Нынешние экономические реалии поставили российские телекоммуникации перед необходимостью замещения импортного оборудования. Компания Pacific Microelectronics видит решение проблемы в том, чтобы объединить усилия российских разработчиков с опытом контрактной сборки тайваньских компаний.

«Микрон» выходит на зарубежные рынки с чипами RFID и NFC

Зеленоградский производитель микроэлектроники представил сверхмалый RFID-чип и первый российский NFC-чип на выставке RFID Journal LIVE! в американском Сан-Диего — одной из крупнейших мировых выставок в сфере технологий радиочастотной идентификации (RFID).

Реклама

По вопросам размещения рекламы обращайтесь в отдел рекламы

Реклама наших партнеров

 

20 мая

Как российскому стартапу построить глобальный бизнес по всему миру

Глава Yota Devices Владислав Мартынов рассказал о частных инвестициях в YotaPhone и государственной поддержке.



Г

енеральный директор Yota Devices Владислав Мартынов рассказал в интервью РБК о зарождении в России отрасли потребительской электроники и о том, как высокотехнологичному российскому стартапу построить глобальный бизнес.

— Yota Devices выпустила два поколения инновационных смартфонов и успешно продает их в 22 странах. Компания вышла в Европу, Азию, на Восток и самый масштабный и сложный рынок — Китай. Apple шел к своему первому iPhone 30 лет, вашему стартапу всего три года. В чем секрет?

— Дело в продукте. Мы создали телефон, который решал самые насущные проблемы пользователей. Именно вокруг хорошего продукта удалось выстроить успешный бизнес-кейс, который вы упомянули.

Кроме того, мы всегда много работали, я бы сказал, работали на грани возможного. Упорно старались сделать продукт удобнее и полезнее, чем у других. Чтобы сделать продукт, который я сейчас держу в руках (показывает YotaPhone 2. — Прим. авт.), ушел не один день, это целая история, которой я и моя команда живем уже больше чем 3 года.

В самом начале проекта мы почти ничего не знали об этом бизнесе и о рынке потребительской электроники, Yota Devices была маленьким стартапом. Всего лишь 3 года назад мы начали формулировать и конкретизировать идею продукта, на базе которой можно строить успешный бизнес. Начали строить команду, искать нестандартные решения для создания качественного инновационного телефона. Причем за меньшие инвестиции, чем у больших брендов. Мы убеждали инвесторов поверить в нас, шли на риск и брали ответственность за результат.

Конечно, сегодня приятно получить «Каннских львов», узнать, что Forbes называет YotaPhone «инновацией года», приятно осознавать, что нам удалось преодолеть много барьеров и решить много нетривиальных задач и в результате построить глобальный бизнес. Но за всем этим стоял огромный труд, подкрепленный верой в идею, в продукт и в команду.

— «Меньшие инвестиции» — это сколько? Логично предположить обратное, что условием вашей стремительной экспансии на рынки были значительные инвестиции.

— Значительные инвестиции могут позволить себе мировые концерны с многолетней историей и многомиллиардными бюджетами, Apple или Samsung. Мы старались делать все по-другому. Мы не принимали существующие в отрасли правила игры, потому что они не позволили бы нам выжить среди конкурентов. Мы всегда искали способ удешевить и ускорить разработку, искали нестандартные решения. В итоге разработка двух поколений YotaPhone обошлась нам в 25 млн долларов. Это на порядок меньше, чем вкладывали в создание своих продуктов флагманы индустрии. Если взять пример с первым iPhone, то затраты на R&D потребовали от Apple 150 млн долларов, у Nokia разработка новой модели стоила в среднем 200 млн долларов.

— Но и 25 млн долларов для стартапа — сумма колоссальная. У вас была финансовая поддержка со стороны государства?

— Yota Devices использовала для создания и продвижения YotaPhone на рынке частные инвестиции.

— Почему? Ведь поддержка государством компаний, работающих в сфере IT и потребительской электроники, — общемировая практика.

— Да, вы правы, Apple и Samsung, например, всегда получали поддержку, финансовые преференции, субсидии. Министерство обороны США по крайней мере два раза закупало крупные партии продукции Apple для свои нужд. Samsung вообще стала компанией, на которую работала вся южнокорейская нация. В Канаде государство возвращает компании до 30% инвестиций в НИОКР. Таких примером масса по всему миру.

Если говорить про нас, то мы делаем первые шаги в этом направлении. Мы начали продавать YotaPhone 2 в декабре 2014 года, прошло всего 4 месяца, мы в начале пути. Сейчас система поддержки нашей компании государством только выстраивается. Мы активно развиваемся, расширяем географию присутствия. В этом процессе мы чувствуем поддержку государства, мы в контакте с различными госучреждениями, министерствами, посольствами, все посильно — информацией, связями — помогают нам при выходе на новые рынки.

— Все-таки как компании удалось сократить издержки и при этом сохранить качество смартфона на уровне флагманских моделей, между которыми до вас уже был поделен рынок?

— Мы рассказали о нашей концепции смартфона со всегда включенным вторым экраном на электронных чернилах всему миру. Мы не прятали эту идею, не боялись, что ее скопируют и успеют реализовать до нас. Подход к созданию инновационных устройств тоже должен быть инновационным, поэтому мы активно начали работать с сообществом пользователей смартфонов, экспертами мобильной индустрии, получали обратную связь. Именно потенциальные потребители советовали и предлагали нам множество идей, которые мы потом воплотили в YotaPhone. Таким образом, удалось значительно сократить расходы на разработку. Мы не нанимали дорогостоящих специалистов в штат, а выстроили вокруг себя экосистему высококвалифицированных экспертов, которых привлекали точечно — под конкретные задачи.

Азиатская сборка также позволяет минимизировать себестоимость смартфона. Хотя некоторые СМИ до сих пор критикуют нас за то, что мы собираем YotaPhone в Китае из комплектующих иностранных партнеров. Это свидетельствует о недостаточном понимании законов глобального рынка, где есть четкое распределение задач и тесная международная кооперация. В ряде стран выгоднее заказывать комплектующие, в других — разработку софта, UX\UI-дизайна, в Азии же самая высокая эффективность по созданию высококачественных устройств по оптимальной цене.

— Азиатские фабрики достаточно щепетильно отбирают компании, с которыми работают, пытаясь компенсировать дешевизну рабочей силы объемами заказов. Вы же, создавая первый YotaPhone, не планировали массовое производство. Как фабрика в Китае согласилась с вами работать?

— Найти фабрику, обойдя со своей идеей десятки, на которых тебе отказали, — это полбеды, сложнее выстроить отношения с китайскими партнерами так, чтобы тебя не обманывали. Сложнее найти фабрику, у которой есть специалисты, организовать массовое производство нового уникального устройства. Одна из китайских фабрик подписала с нами хороший контракт, а потом стала срывать сроки поставок, ежемесячно повышая цены на сборку. В этот момент мы готовились показать первый YotaPhone на выставке в Барселоне, сроки поджимали. Поэтому на очередной ультиматум китайской фабрики я сказал «нет» и сменил партнеров. Для того чтобы выстроить производство, мне пришлось на полгода переехать с семьей в Сингапур. Сейчас мы собираем YotaPhone на мощностях сингапурской компании, себестоимость выходит дороже, но и качество выше.

— В ноябре 2014 года президент РФ Владимир Путин подарил YotaPhone председателю КНР Си Цзиньпину. Почему именно YotaPhone, как так получилось?

— Мне достоверно неизвестно, почему Владимир Владимирович Путин выбрал в качестве подарка именно YotaPhone, но могу предположить, что этот выбор является своего рода символом и результатом успешного сотрудничества России и Китая в сфере высоких технологий. 

Теперь с уверенностью можно сказать, что Россия способна конкурировать на глобальном рынке не только в категории энергоресурсов, но и продавать идеи и технологии.

Кроме того, мы расширяем наше присутствие по всему миру и очень скоро начинаем продажи нашего телефона в Китае. За масштабный рынок Китая борются все крупнейшие производители смартфонов. И мы — как представитель российского бизнеса — сделали на него первый уверенный шаг.

— Вы быстро нашли контакт с нужными людьми из мобильной индустрии за границей — Возняком, Балмером. Как удалось стать своим среди гуру высоких технологий?

— Сами собой двери передо мной не открывались.

Со Стивом Балмером я познакомился во время своей работы в Microsoft. А вот со Стивом Возняком нас познакомил YotaPhone (улыбается). Эта история вообще похожа на детектив. Стив приехал в Москву на один день, чтобы прочитать лекцию. Мы узнали об этом вечером перед его приездом и подумали: как бы здорово было показать ему YotaPhone. Ну и, недолго думая, я пришел туда, через переводчицу нашел Стива и показал ему наш телефон с двумя экранами, буквально за пять минут, как на презентации на «Каннских львах». Его реакция превзошла все мои ожидания. «Гениальная идея! Как я сам не догадался об этом?! Ну вы молодцы! А вы разработку запатентовали? А с Apple говорили?» — он просто засыпал меня вопросами, хотя времени у нас было всего несколько минут. Ну а после лекции у него было интервью на «России 24», и ведущий спрашивает у Возняка, знает ли он про телефон, а Стив ему отвечает, что, мол, да, знаю, только утром познакомился с генеральным директором компании-разработчика, и это очень крутая идея. Тогда ведущий говорит: «Может, я скажу ему, чтобы он вам через два месяца, когда выйдет телефон, прислал его в Америку?» А Возняк отвечает: «Нет, не могу два месяца ждать, хочу, чтобы он прислал мне телефон сейчас».

— И вы отправили?

— Да, с нами практически тут же связалась его помощница, сказала, что Возняк готов выступить бета-тестером, и попросила прототип.

— И что Возняк, нашел какие-то баги, может, порекомендовал чего?

— Да, нас пригласили на ужин с ним, мы полчаса общались. И вот это общение, конечно, дорогого стоит.

Подобные истории происходили и с другими гуру мобильной индустрии. Но вообще на начальном этапе развития нашего бизнеса было жизненно необходимо добиваться встреч с первыми лицами крупных компаний, чтобы они обеспечили поставку комплектующих и выделили инженерные ресурсы для работы с нами. Это было непросто, и я часто делал это неординарным способом. Как говорится, меня в дверь, а я через окно. Но это дало результат.

— Расскажите о вашей команде инженеров, дизайнеров, разработчиков, технологов: кто создавал YotaPhone 2, как долго длилась разработка, сколько потребовала ресурсов?

— Второе поколение YotaPhone разрабатывалось около года. Концепция и архитектура YotaPhone разработаны специалистами Yota Devices, дизайн и программное обеспечение, отвечающее за работу с двумя экранами, также сделаны в России. Сегодня у нас уже 6 офисов по всему миру. Большая часть нашей команды разработчиков, технологов, дизайнеров работает в Москве, остальные находятся в Финляндии.

Кстати, финская команда — это отдельное ценное приобретение для нашей компании. Я помню, как в буквальном смысле слова наткнулся на этих ребят в одном из баров маленького финского городка Оулу, расположенного за полярным кругом. Nokia только что закрыла там свой R&D-центр, и парни были порядком расстроены. Когда я рассказал им о YotaPhone и предложил присоединиться к проекту, они не раздумывали ни минуты.

— Вы говорите о сотрудничестве с другими лидерами отрасли, расскажите подробнее о ваших партнерах.

— После запуска в Европе мы стали создавать пул партнеров, которые бы так же успешно могли донести смысл идеи YotaPhone до пользователей на стратегических для нас рынках. Сейчас мы работаем с ведущим мировым оператором Vodafone, крупнейшим оператором связи на Ближнем Востоке — компанией EtiSalat, крупнейшим дистрибьютором — американской Ingram Micro. В Китае нашим партнером стала JieLan LTD. JieLan поможет нам продвигать продукт, а также организовать продажи и обеспечить постпродажное обслуживание YotaPhone на территории Китая. Также СП обеспечит адаптацию смартфона под запросы китайских пользователей.

— Пользуется ли YotaPhone 2 популярностью в России?

— У нас не многомиллионные продажи, но результаты мы оцениваем позитивно. С декабря 2014 года мы продали 30 тыс. YotaPhone 2. Для сравнения: в январе, по данным GFK, продажи iPhone 5S в России составили 20 тыс. шт., а Samsung Galaxy — 16,4 тыс. смартфонов.

— На ваш взгляд, какие условия необходимы для развития в России отрасли потребительской электроники в целом? В какой роли вы видите Yota Devices в этом процессе?

— Мы первыми выпустили на рынок смартфон, архитектура, дизайн и технологическая платформа которого являются российскими разработками. В магазинах нет другого смартфона, который, как и YotaPhone, был разработан в России. За три года мы сумели не только с нуля разработать, запатентовать и довести до серийного производства принципиально новый тип смартфона, но и создать центры разработки, провести обучение российских специалистов, организовать сеть офисов продаж в более чем 20 странах мира. Мы доказали, что для стартапов без миллионных бюджетов рынок мобильных устройств также открыт.

Наша цель — выстроить глобальный конкурентоспособный бизнес, выпускать инновационные устройства, которые меняют жизнь пользователя. Двигаясь к этой цели, мы можем стать тем катализатором, который ускорит развитие отрасли потребительской электроники в целом. Но для того, чтобы реинвестировать в развитие индустрии, нам необходимо зарабатывать деньги. Компании должны понимать, что им выгодно идти в отрасль потребительской электроники, что на этом бизнесе можно получить коммерческую выгоду.

Мы в самом начале пути. Yota Devices — компания не одного продукта, мы планируем выпуск новых поколений смартфона, региональных версий, линейки аксессуаров, новых семейств устройств. Мы работаем и смотрим в будущее с открытыми антеннами, отталкиваясь не от эволюции технологии, а от прогресса потребностей потребителя.   

— Пользуетесь ли вы сами YotaPhone 2? Если да, то как? Какое применение нашли второму экрану?

— Конечно, YotaPhone всегда со мной. При помощи смартфона я планирую свой рабочий график, а благодаря второму экрану успеваю за день сделать больше, потому что не отвлекаюсь на неважные для меня уведомления, их в телефоне у меня нет, у меня перед глазами только нужная информация (смеется). Мне не нужно каждые пять минут снимать блокировку экрана и активировать приложения, мне достаточно просто бросить взгляд на второй экран, куда приходят все сообщения из почты, календаря, смс-сообщения. В дороге я читаю книги, обзоры рынков и новинок техномира — заряда батареи хватает на время даже самых длительных перелетов, если активировать режим экономии энергии. В нерабочее время на втором экране у меня обычно фотография моей семьи, иногда ставлю на него мотиваторы для себя, например имиджи с высказываниями личностей, которые меня вдохновляют.

Источник: РБК

Оцените материал:



Комментарии

0 / 0
0 / 0

Прокомментировать





 

 
 




Rambler's Top100
Руководителям  |  Разработчикам  |  Производителям  |  Снабженцам
© 2007 - 2018 Издательский дом Электроника
Использование любых бесплатных материалов разрешено, при условии наличия ссылки на сайт «Время электроники».
Создание сайтаFractalla Design | Сделано на CMS DJEM ®
Контакты