Вход |  Регистрация
 
 
Время электроники Вторник, 21 ноября
 
 


Это интересно!

Ранее

«Самый высокотехнологичный дата-центр в Москве» начал работу в зеленоградской ОЭЗ

Сергей Кондратьев, генеральный директор компании «АйЭмТи»: «Мы планируем создать 600 рабочих мест в зеленоградской ОЭЗ» — центр обработки данных Cloud DC.

Юрий Маевский, КРЭТ: Наши электронные системы должны быть закрытыми и безотказными

Заместитель гендиректора Концерна "Радиоэлектронные технологии" рассказал о технологиях ведения радиоэлектронной борьбы.

Олег Варламов, "Мивар": искусственный интеллект - сделано в России

Мы много слышали о роботах из Японии или суперкомпьютерах из США, об отечественных разработках в этой области известно намного меньше. Однако в России тоже есть компании, которые занимаются созданием высокотехнологичных систем, в том числе и обладающих интеллектом.

Реклама

По вопросам размещения рекламы обращайтесь в отдел рекламы

Реклама наших партнеров

 

25 июня

«Обстоятельства работают на нас» — как зеленоградский «Микрон» завоёвывает новые рынки

О перспективая предпрятия в России и за рубежом Zelenograd.ru рассказали Денис Вараксин, директор по маркетингу, и Алексей Дианов, директор по корпоративным коммуникациям компании.



В России «клиенты заинтересованы в надежном источнике поставок отечественных микросхем и в размещении контрактов на производство внутри страны»

— Какое состояние дел в отрасли вам показали традиционные весенние выставки в Москве? Что они принесли самому «Микрону»?

Денис Вараксин — Очевиден повышенный интерес к отечественным производителям электроники, в этот раз особенно. Одна из причин — дистрибьюторы прекращают поставки ряда импортных интегральных схем, предназначенных для индустриального применения, по разным причинам: кто-то из поставщиков не продляет лицензии, кто-то просто ограничивает квоты поставок, кто-то в свете введенных санкций считает, что в России работать небезопасно. А наша технологическая линейка на 90% позволяет делать современные микросхемы для промышленного применения и для изготовления защищенных электронных документов. Я считаю, ситуация для нас благоприятна.

Наш семинар по промышленным микросхемам на «ЭкспоЭлектронике» посетило около 150 человек при ожидаемом уровне 70-80; более 160 новых контактов мы получили на стенде — компаний, которые раньше либо не имели дела с «Микроном» вообще, либо серьезно не работали с нами. Мы выставляли свою новую продукцию как в части RFID, в основном с упором на транспортную тематику, так и различные новые микросхемы промышленного применения.

— Насколько «Микрон» может конкурировать с дистрибьюторами по цене микросхем и по другим условиям поставок?

Д.В. — На рынке коммерческого применения, электронных документов, транспортных решений мы предлагаем конкурентные цены — это большие партии, и мы можем себе позволить иметь вполне конкурентный уровень издержек. Что касается микросхем промышленного применения, то отечественный рынок для них пока не такой большой, и не секрет, что цены российских производителей на нём несколько выше за счет того, что зарубежные компании-лидеры этой отрасли выпускают свои изделия десятками, сотнями миллионов. Мы столько выпускать не можем и делаем ставку на специализированное применение, на высокое качество, на малую и среднюю серию. Цена получается несколько выше, но потребитель взамен получает уверенность в продукте, надежность, техническую поддержку непосредственно от предприятия. Он может выстраивать свою независимую цепочку производства, работая с отечественным поставщиком.

— С производителем работать лучше, чем с дистрибьютором?

Д.В. — С дистрибьютором работать удобно в том плане, что у него все всегда есть в большом количестве. Одно «но»: когда клиенту нужны определенные микросхемы, а дистрибьютор объявляет, что они больше не поставляются (сняты с производства или по другим причинам), тут поневоле задумаешься.

— Сам «Микрон» работает с дистрибьюторами — или они с вами? Если теперь у них пробелы в линейке импортных микросхем — их не восполняют отечественными?

Д.В. — С дистрибьюторами мы также работаем, это достаточно известные бренды вроде «Золотого шара», «Миландра». Мы наращиваем свою долю продаж дистрибьюторам.

— Интерес к отечественным производителям — это резкий скачок спроса на чипы «Микрона», например?

Д.В. — Думаю, в ближайшей перспективе — на десятки процентов. Во-первых, появляется много новых применений; во-вторых, мы стараемся работать с госсектором. Сейчас активно идёт информатизация общества, и мы предлагаем свои решения по изготовлению защищенных электронных документов (загранпаспортов, удостоверений личности гражданина). Наши предложения находят живой отклик в министерствах и ведомствах, которым нужно решать эти задачи. «Микрон» — отечественный производитель, а значит мы пройдем все необходимые испытания в специализированных организациях на отсутствие закладок и недокументированных возможностей. Мы считаем, что отечественный производитель тут уже имеет существенные преимущества по сравнению с иностранными производителями.

— Какие новые запросы, тенденции вы увидели на весенних выставках — следуя которым, «Микрону» стоит начать выпуск определенных продуктов или даже открыть целые направления?

Д.В. — Кому-то интересно замещать поставки части критичной ЭКБ, иметь надежный источник поставок готовых верифицированных микросхем. Кому-то принципиально важно производить свои изделия внутри России, и тут мы можем предложить услуги контрактного производства. Любой дизайн-центр, разрабатывающий интегральные схемы, может получить от нас необходимый инструментарий, техническую поддержку наших разработчиков и запустить у нас производство.

Кроме выставок мы проводим много тематических семинаров по продвижению новых изделий, так как в регионах компании-производители оборудования иногда имеют устаревшие данные о «Микроне» и его возможностях. Приезжаешь в Новосибирск, Нижний Новгород, и слышишь: «Ого! А вы вообще живы?». Еще пока не все потенциально заинтересованные лица знают, что в России, уже есть производство 90 нанометров. Раньше львиную долю чипов для России делала одна немецкая фабрика — российские дизайн-центры очень любили размещать там заказы, в том числе делать всякого рода аналоговые изделия мелкими и средними партиями. До последнего времени это было и удобно, и недорого. Сейчас мы можем уверенно заявить, что технологические процессы «Микрона» превосходят возможности этой известной среди российских дизайн-центров фабрики по ряду параметров, что подтверждено документально результатами анализов технологии и производства. Но дизайн-центры уже «привыкли» к той фабрике и «переключить» их на наш фаб не так-то и просто. Мы хотим привлекать к сотрудничеству больше российских дизайн-центров и будем дальше продолжать продвигать наше производство в качестве отечественного, доступного и качественного.

Алексей Дианов:

 — Учитывая текущую ситуацию, мы в последние годы очень активизировались в части донесения до целевых аудиторий информации об услугах «Микрона». Ведётся очень серьезная подготовка к выставкам, проходят семинары в крупных региональных центрах, где сосредоточены основные дизайн-центры и производители электронных изделий. Мы выходим к тем компаниям, которые закупали чипы или размещали производство за рубежом, и показываем им возможности нашего производства, технологические опции, которыми мы располагаем, и нашу продукцию. Многие уже высказали интерес к переносу производства своих изделий на «Микрон» и закупке у нас серийной продукции.

— Каковы количественные целевые показатели для выставок и семинаров «Микрона» — эффект в цифрах?

А.Д. — Например, на семинаре в рамках «ЭкспоЭлектроники» вместо расчетных 70 человек, которых мы ожидали, исходя из прошлого опыта и посещаемости, зарегистрировалось около 150, а пришло больше 130. Мы очень ответственно подошли к подготовке: заранее рассылали информационные письма, обзванивали участников выставки, дополнительно приглашали тех, кто не будет принимать участие.

Д.В. — Что касается числа заказов — по той продукции, которая была представлена на «ЭкспоЭлектронике», например, почти каждый из участников запросил техническую документацию на какой-либо продукт, который его заинтересовал; многие запросили тестовые образцы, которые сейчас изготавливаются и будут поставлены… По ряду позиций у нас буквально «вычистили» склад готовой продукции. Обстоятельства работают на нас, и мы, как говорится, начали правильную «осаду» потребителей, которые в России исторически сложились в виде таких региональных промышленных кластеров.

— Оседлали волну?

А.Д. — Мы бы до них все равно достучались, но сейчас это движение стало обоюдным. Разработчикам нужен не просто альтернативный производитель, а даже и единственный в некоторых случаях. Однако нужно учитывать, что если микропроцессор был спроектирован под производство на одной фабрике, то перевод его производства на другую потребует существенной переработки дизайна, поскольку у каждой фабрики свои уникальные наборы элементов в PDK.

— И переориентации производства на «Микрон» — это постепенное проектирование новых схем под него?

А.Д. — Конечно. Сейчас мы уже добились того, что все российские дизайн-центры знают о нас и освоенных нами технологиях и могут не беспокоиться, если так сложится, что им придется прикрыть производство своих изделий за рубежом. Раньше они были ориентированы на Германию или Тайвань, и когда замаячили внешнеполитические проблемы, они начали метаться: «Что делать?!». А мы говорим им, что «нет причин для меланхолии».

Д.В. — Мне в ходе своей карьеры приходилось делать проекты на зарубежных фабриках — могу сказать, что в целом это была позитивная, хорошая, эффективная работа. Но когда недавно мы попытались сделать обычный заказ на изготовление одного из популярных чипов известной фабрике в ЮВА — чтобы просто сравнить цены на производство — то столкнулись с крайне неохотным предоставлением информации и дальнейшим отсутствием реакции на наши запросы. То есть, отношение к российским заказчикам уже изменилось.

— Насколько трудоемко и затратно для любого дизайн-центра перейти на проектирование под «Микрон»?

Д.В. — Для специалистов особых проблем не будет. Мы, точно так же как и любая другая фабрика-foundry, предоставляем необходимые документы, библиотеки, так называемый дизайн-кит (правила проектирования) и необходимые функциональные блоки, если нужно. Естественно, это стоит каких-то денег, но вполне приемлемых. Любому инженеру-разработчику это доступно, кроме того, он сам сможет приехать в любой момент, поучаствовать в процессе проектирования своего изделия, в запуске его в производство, пообщаться на родном языке с нашими технологами или с разработчиками библиотек, получить необходимые рекомендации. Это иногда намного проще, чем пытаться чего-то добиться в переписке по электронной почте от тех же китайцев.

— Вы остаетесь единственным производителем на российском пространстве?

А.Д. — Смотря какой продукции. Говоря о конкуренции, совершенно неправильно сравнивать фабрики по уровню топологии — 90 нм или 65 нм, например. Правильно говорить про технологические опции, про то, какой продукт мы производим. Наш основной продукт — это КМОП EEPROM, микропроцессор с энергонезависимой изменяемой памятью. В этом отношении в России у нас конкурентов нет и в ближайшее время (в 10-15 лет), вряд ли появится.

Д.В. — Естественно, мы осведомлены и о других проектах, и даже считаем, что другие фабрики нужны обязательно — всего с одной-двумя фабриками полноценная полупроводниковая промышленность невозможна. Но мы рассчитываем сохранить лидирующее положение в определенных направлениях: это, например, электронные документы, промышленная электроника, транспортные приложения, это обязательно элементная база для источников питания — традиционно сильная сторона «Микрона».

«Необходимо постепенно локализовать в России как можно больше производств комплектующих и материалов, которые сейчас закупаются за рубежом»

— Как вы относитесь к идеям импортозамещения — они разворачивают к «Микрону» потребителей?

А.Д. — Если говорить о том, что нам нужно, чтобы «импортозаместить всё», то это не совсем верный подход… Я всегда выступаю против «технофетишистов», которые безапелляционно заявляют: «Если у вас нет 14 нм производства, значит вы технологически отсталые, и ваша продукция тоже — вы никому не нужны». Это некомпетентные люди, но, к сожалению, таких большинство. Для понимания ситуации с элементной базой я обычно привожу простой пример: если прийти в Intel, а это крупнейший мировой производитель полупроводников, поставить на стол обычный десктопный компьютер, снять с него заднюю крышку и, указав на все внутренности, спросить: «Intel, что ты можешь произвести из всего этого?» — Intel покажет всего лишь на одну микросхему… Значит ли это, что Intel — «беспомощная компания», которая может произвести только одну микросхему из всего, что внутри компьютера? Нет. Это значит, что есть определенная специализация в производстве элементной базы, в которой работают производители. Невозможно в рамках одного производителя обеспечить производство вообще элементной базы по всем топологическим размерам. Более того, под определенную номенклатуру нужно строить отдельный завод с определенными техническими опциями. И чтобы импортозаместить все микросхемы обычного десктопного компьютера на 3 ГГц, нам нужно построить, скажем, еще порядка 10-15 заводов, вложить 100 миллиардов долларов и подождать 10-15 лет до освоения в производстве. Причем не факт, что нам продадут нужные технологии производства, и большую их часть придется разрабатывать самим и вкладывать в это еще средства. Intel, на минуточку, вкладывает 10 млрд долларов ежегодно в разработки, а у нас, конечно же, просто нет таких средств. И доступа к ним нет. И потом еще надо будет думать, куда это всё это продать, потому что в России своих сборочных производств нет — все же привыкли уже покупать компьютеры от IBM, Dell и т. п.

Тут нельзя «рубить с плеча» — должна быть некая последовательность. Почему-то многие считают, что для импортозамещения достаточно издать приказ, поставить печать и с завтрашнего дня всё сразу как-то импортозаместится. К сожалению, так думают даже на уровне некоторых министерств и ведомств. А на самом деле это длительный процесс.

В своё время «Микрон» начал с импортозамещения транспортных билетов: в 2006 году купили линию по установке чипов и склейке, в 2007 подписали долгосрочные контракты на поставку билетов с чипами зарубежных поставщиков, на эти деньги плюс кредиты и средства акционеров закупили оборудование — линию 180 нанометров, построили «чистые комнаты» и необходимую инфраструктуру. Разработали свой чип и в 2009 году начали его выпускать серийно, заменив значительную часть чипов зарубежных поставщиков. Четыре года — это только импортозамещение одного чипа в транспортных билетах. Понятно, что импортозамещение, например, ноутбука со всей его элементной базой потребует намного больше времени и средств.

Д.В. — Помимо импортозамещения собственно микросхем для эффективного решения этой задачи необходимо постепенно локализовать как можно больше производств тех комплектующих, которые сейчас закупаются за рубежом. Условно говоря, для тех же транспортных билетов нужно постепенно начинать производить в России большую часть или все материалы и комплектующие — инлеи, бумагу, антенны. И мы будем к этому стремиться.

— Это эффективно и выгодно с экономической точки зрения?

Д.В. — Да, поскольку есть приличные объемы заказов, понятный техпроцесс и опыт. Мы можем обеспечить уровень себестоимости, с которым будем конкурентными на рынке.

А.Д. — Особенно если государство будет защищать национальный рынок от китайских или голландских производителей и даст нам гарантии устойчивого сбыта. Ведь китайцы поступают так: они приходят на рынок и сразу предлагают цены раза в два ниже — даже себе в убыток. Ведь им государство все эти «убытки» компенсирует с лихвой — у них это прописано прямо в законодательстве. Huawei, например, на ряде рынков вообще начинал с бесплатных поставок оборудования. Бесплатных, представляете? Клиенты ничего не платили — расходы компенсировало правительство КНР. А когда все местные конкуренты умирают от такого «захода» на рынок, то китайская компания остаётся единственным поставщиком. И уже тогда они, естественно, устанавливают свои цены и свои правила. У нас сейчас остро стоит проблема защиты рынка от такого рода выдавливания с него отечественных производителей, которые начали потихоньку — на волне импортозамещения — поднимать головы.

— Как можно защитить рынок, каких шагов от государства вы ждёте — это должны быть поправки в законодательство?

А.Д. — Да, введение понятия «отечественный продукт». Сейчас такие поправки разрабатываются, есть соответствующие поручения и премьера, и президента о том, чтобы определить критерии отечественного производителя и применять их при гостендерах.

— На «ЭкспоЭлектронике» «Микрон» анонсировал планы развития на ближайшие годы — каковы они?

А.Д. — Запуск производственной линии 65 нанометров. Мы сделали отдельную чистую зону на предприятии под этот проект, сейчас идет поставка и сборка оборудования, потом будет его подключение и отладка. Мы рассчитываем собрать линию в этом году, а со следующего уже начать пробные запуски.

— Говоря о расширении производства в России комплектующих и материалов — что намерен предпринять сам «Микрон»? Это могут быть новые направления внутри него, новые предприятия группы «Микрон» или вы просто намерены как-то стимулировать развитие поставщиков вообще в России?

Д.В. — Возможны варианты. Это может быть предприятие, организованное «Микроном», или акционерами «Микрона» и его родительскими структурами, или что-то на паритетных началах с партнёрами, лидерами рынка. В любом случае мы заинтересованы в локализации и будем в этом участвовать.

— Это похоже, в общем, на возрождение прежней отрасли микроэлектроники и смежных с ней…

А.Д. — Сразу все возродить не удастся, мы просто ищем эффективные пути развития. Уже есть определенный рынок, спрос, ведь самый страшный бич для электронной отрасли — это недозагрузка производственных мощностей, которые требуют значительных постоянных затрат вне зависимости от объёмов выпуска: в одну пластину, 500 или 1000. Скомпенсировать эти постоянные затраты, в том числе, на энергоресурсы, можно только большими сериями. Поэтому мы всегда сначала получаем видение тех рынков, где можем обеспечить большую тиражность производства, и только тогда идём на них как производитель-поставщик.

— А довод о разумном географическом разделении труда в микроэлектронике — он уже неактуален?

Д.В. — То есть, сложившаяся в мире специализация, в которой Тайвань — это foundry, США — высокие технологии, Индия — разработка ПО и т. д. Сейчас нас в любой момент могут отключить от этого разделения, как показала практика. То есть, какие-то критичные вещи обязательно должны производиться на локальной территории. Более того, Китай уже определил программу развития своей полупроводниковой промышленности на ближайшие 5 лет, где 100 миллиардов долларов будут направлены на строительство фабрик по производству пластин, покупку технологий, производство необходимой химии, фоторезистов, разработку ПО для проектирования микросхем.

— То есть, и Китай идёт к локализации производств?

А.Д. — Да, они делают фактически то, что было в СССР — полностью закрытый цикл производства микроэлектроники, начиная от производства станков, оборудования и заканчивая химией, энергетикой, материалами и компонентами. И вопрос быстрой окупаемости у них при этом не стоит вообще. Они просто кидают туда как в топку деньги, полученные от продаж своей продукции на зарубежных рынках, потому что прекрасно понимают: как только Китай обеспечит себе полный замкнутый цикл производства, ему будет абсолютно плевать на любые «отключения» от технологий и оборудования.

США почувствовали этот тренд и уже с начала 2000-х постепенно выводят из Китая свои производства. Более того, ни один новейший современный продукт, разработанный Intel, IBM или кем-то еще из американских производителей, не производится на территории Китая — они это делают на фабриках, расположенных в США и в Европе. И планы по строительству новых фабрик не предполагают, что эти фабрики будут построены на территории Китайской Народной Республики или Тайваня, потому что это фактически означает передачу Китаю современных технологий.

За рубежом: «В мире не так много фабрик, которые могут производить защищенные электронные документы — часть из них расположена или принадлежит государствам, с которыми не все готовы сотрудничать…»

— Какие виды у «Микрона» на зарубежные рынки — как прошли для вас недавние зарубежные выставки?

Д.В. — Участвуя в выставках, «Микрон» следует своей маркетинговой стратегии. За рубежом мы пытаемся расширять свою долю рынка за счет транспортных применений RFID, предлагаем аналоговые изделия для источников питания. В последнее время осторожно начали прощупывать зарубежный рынок авиакосмического применения — он совсем небольшой, но присутствовать на нем почетно, поскольку он достаточно жестко монополизирован. Однако участники этого рынка заинтересованы в любых новых поставщиках, которые будут развивать конкуренцию. А это нам на руку. В марте этого года прошла выставка «Cards and Payments» в Южной Африке — для «Микрона» это попытка выйти на совершенно новый африканский рынок. Выставка прошла удачно, завязались новые связи, мы показали себя как опытный и ответственный производитель. Из продуктов продвигали в первую очередь платежные карты наших партнёров «Ситроникс Смарт Технологии» и продукцию самого «Микрона»: инлеи, транспортные билеты и защищенные идентификационные документы. Мы увидели интерес от потенциальных потребителей: на стенд приходили и правительственные чиновники, заинтересованные в диверсификации своих поставок, чтобы ликвидировать монополию наших конкурентов из Америки, Европы и ЮВА.

А.Д. — Дело в том, что в мире не так много фабрик, которые могут производить защищенные электронные документы, в том числе для транспортных применений. И значительная часть этих фабрик расположена или принадлежит государствам, с которыми не все страны рады сотрудничать.

— Поставки чипов за рубежом — вопрос политический?

А.Д. — Конечно! Например, некоторые страны Латинской Америки предпочтут покупать чипы для электронных документов у России, а не у США, опасаясь возможных «закладок».

— Какие цели преследовал «Микрон», приняв участие в RFID Journal Live в Штатах?

Д.В. — Эта выставка — пожалуй, самое ожидаемое событие отрасли за последнее время. Там мы продвигали микросхемы радиочастотной идентификации с акцентом на транспортное применение или на маркировку товаров и услуг. Сейчас на рынке США для этого как нельзя более благоприятная ситуация, поскольку их стратегия — уйти от старых, зарекомендовавших себя источников и открыть какие-то новые. Скажем так, целый сектор пока не охвачен поставщиками. В США подавляющее большинство карт — это карты с магнитной полосой: и кредитные карты, и транспортные, и в других областях до последнего времени картина была такой. Но сейчас там резко начался массовый переход на более современные цифровые технологии.

— Мы в России как бы перепрыгнули через этот этап с магнитными картами?

Д.В. — Американцы достаточно консервативны, а поскольку кредитные карты там появились раньше всех, и их до сих пор устраивали старые технологии. А сейчас, когда начался массовый бум смарт-карт, дешевых, конкурентных производителей оказалось не так и много в мировом масштабе.

А.Д. — Все производят процессоры, память — это самый технологичный и самый прибыльный продукт. И Intel, а также другие гиганты индустрии, которые уже прилично вложились в освоение технологий 16-14нм для производства процессоров и памяти, не пойдут делать чипы для смарт-карт или RFID-метки.

— Но США — открытый рынок. Что произойдет, если придёт «Микрон» со своим предложением, и одновременно придут Китай и Тайвань?

Д.В. — В Америке есть некое предубеждение против Китая — не политическое, а именно потребительское. «Микрон» же позиционирует себя как европейский производитель. Кроме того, у китайцев очень узкая специализация, а мы не предлагаем просто инлей [лист пластика с микросхемой — основа электронных карт, к которой добавляют индивидуально оформленный пластик лицевой и задней стороны и ламинируют — Zelenograd.ru]. Мы предлагаем «полный пакет»: подбираем подходящий чип из имеющихся у нас в серии, сами разрабатываем антенну, то есть, создаем готовое хорошее решение с возможностями изменения каких-то опций. Например, дальности срабатывания карты. Китайскому производителю инлеев, имеющему набор импортных чипов, не так просто изменить чип — производитель чипа не захочет вкладываться в его модификацию — у него и так есть огромные продажи имеющегося продукта. Мы же предлагаем большую гибкость в этом отношении.

— Как вообще может сложиться работа «Микрона» на американском рынке ввиду нынешних политических сложностей? Санкции же в первую очередь касаются поставок нам. Никто не привык смотреть на этот процесс в обратном направлении?

Д.В. — К счастью, здесь американцы исповедуют принцип чистой коммерции. Мы стараемся использовать национальные кадры в продвижении, максимально близко прийти к потребителям, чтобы они общались с американцами, видели привычные глазу дизайн-концепции рекламных материалов, при необходимости подключаем инженеров. В принципе, рынок на это смотрит вполне позитивно. Средний американский гражданин вообще не знает ни о каких проблемах, которые существуют где-то на другом конце Земли. Что там происходит в России, на Украине — им это при выборе конечного продукта, по большому счету, безразлично — они смотрят на цену и качество.

— У «Микрона» есть представительство в Штатах?

А.Д. — Да, через него мы работаем по продвижению RFID- и NFC-меток, по транспортным приложениям. Представительство было создано в 2013 году, оно контактирует с потенциальными потребителями, которым передает образцы на тестирование.

— Когда ожидаете первых заказов? Когда мы сможем написать: «"Микрон» поставил свою продукцию на рынок США" - через год?

А.Д. — Может, и раньше. Вопрос в том, что для Москвы, например, радиочастотная идентификация абсолютно привычна — это банковские карты, проездные, паспорта. А для консервативного американского рынка она в диковинку: скажем, Apple только в последних своих моделях телефонов добавили NFC-блок, то есть только буквально в этом году. Почему? Потому что лозунг Apple — «Мы даем потребителю то, что ему нужно и убираем то, что не нужно». То есть предполагалось, что до последнего времени американскому рынку никакое NFC не было нужно. И это при том, что все остальные крупные производители — корейский Samsung, китайские и японские компании — уже вовсю применяют NFC-технологии.

— Значит, в этом направлении технологический прогресс Америки где-то на уровне Африки?

А.Д. — В плане массовой реализации определенных уже доступных новых технологий — да. Именно в нашей нише сложилась ситуация отложенного спроса. И американские производители не могут изготавливать радиочастотные метки по технологии 22 нанометра — у них нет опыта, да и на эту топологию таких опций просто не существует. И оказалось, что на весь американский рынок производителей кристаллов RFID в мире не так-то уж и много: NXP и некоторые другие компании, которые производят этот продукт, не закроют сразу весь его объем, который в США, к тому же, хорошо обеспечен финансами.

Америка может очень быстро создать необходимую инфраструктуру для использования радиочастотных технологий — у них для этого есть деньги, инвесторы, нанятый персонал, уже разработанное и освоенное оборудование, которое нужно просто поставить. Когда тема RFID раскручивалась в России, стоимость сканеров и валидаторов была достаточно высокой. Да, метка стоила всего 5 рублей, но оборудовать всю систему, например, метрополитена — поставить валидаторы, создать базы данных, обновить каналы связи, необходимые для высокой скорости данными — в сумме обходилось в несколько миллиардов рублей. По этой причине в России до сих пор не так много проектов массового применения RFID-билетов. А в Америке то оборудование, что мы раньше покупали за 1000 долларов, сейчас можно купить за 200. Там много технических специалистов, чтобы быстро всё это подключить, настроить и запустить систему в кратчайшие сроки. Поэтому спрос на метки там будет расти стремительно: заказов много, а «исполнителей» мало.

— Но у «Микрона» не такое большое производство — сейчас есть свободные мощности, чтобы обеспечить большие заказы, если они появятся?

А.Д. — Мы ожидаем сейчас больших заказов и от нашего государства, которые готовы полностью обеспечить продукцией. Недавно Мосгортранс объявил о намерении в течение этого года полностью перейти на чипованные билеты, и мы им уже отправили коммерческое предложение, подготовленное на основании их ТЗ. Им требуется объем продукции меньший, чем наша ежемесячная поставка в метро. А на весь метрополитен мы делаем порядка 30 миллионов билетов в месяц — это примерно 10% наших производственных мощностей (300 с небольшим пластин, на каждой 95 тысяч чипов для транспортных карт, при этом официальная мощность производства у «Микрона» — 3 тысячи пластин). Мы еще девять таких метрополитенов можем обеспечить без проблем, причем наш московский — крупнейший в мире по пассажиропотоку.

— Насколько вашему объему производства «угрожает» переход на долгоиграющие карты «Тройка» от разовых транспортных билетов? Вот у меня есть три карточки «Тройка», и новую я точно больше не куплю.

А.Д. — «Тройку» тоже мы производим — это наш продукт. Есть определенные категории потребителей, которым «Тройка» просто не нужна — например, жители Подмосковья и зеленоградцы, которые ездят в Москву нечасто, или туристы. Есть и некий интересный парадокс: метрополитен на самом деле больше зарабатывает на одноразовых билетах, чем на «Тройке» — они стоят дороже. Так что, сокращая продажи билетов на 1-2 поездки, метрополитен формально сокращает тем самым свою выручку. Но из-за увеличения стоимости парковки в городе, открытия новых станций пассажиропоток растет и, соответственно, растет спрос на билеты. С точки зрения баланса мы не видим сейчас особого проседания. К тому же мы начинаем уже поставлять транспортные карты в другие города России — в этом году планируется запустить несколько проектов. Также развиваются транспортные стандарты, появляются дополнительные сегменты. Так или иначе, объемы мы не теряем за счет разнообразия опций и увеличения количества партнеров-потребителей. Еще мы открываем зарубежные рынки. Если там дела пойдут хорошо, то поставки могут составить не меньший объем, чем мы делаем для метрополитена. А это валютная выручка, которая сейчас особенно приятна.

Крупные проекты: NFC — защита от подделок, загранпаспорта с новым чипом и российские электронные паспорта

— На выставке RFID Journal Live вы представили NFC-метки — на какое применение ориентирован этот продукт «Микрона», в том числе в России?

Д.В. — Один из государственных проектов, в котором мы участвуем, связан с массовой маркировкой промышленной продукции, для которой важна защита от подделок. Подразумевается возможность записывать информацию в NFC-чип, защищать его электронной цифровой подписью и обеспечивать реализацию других потребительских сервисов с применением NFC. Производитель товаров тем самым сможет гарантировать, а потребитель, в свою очередь, проверить аутентичность продукции. Детали раскрывать еще рано, сейчас в разработке целая серия таких проектов.

— То есть, выйдет некий нормативный документ, который обяжет производителей защищать свою продукцию от подделок?

Д.В. — Совершенно верно, причем с использованием определенных технологий, в связи с чем появится новый большой рынок. Преимущества NFC-метки очевидны как в части безопасности, так и в части доступного для записи объема данных — на порядки большего, чем на штрих-коде, например. Потребитель сможет поднести телефон и считать все данные: кем сделано, когда сделано, рекламную информацию производителя, в размещении которой он тоже заинтересован, бонусы, акции и т. д. Защиту от подделки обеспечит уникальный номер, который присваивается чипу прямо на заводе, поэтому скопировать метку будет невозможно.

А.Д. — И на выставке в США мы предлагали NFC-метки для аналогичных применений — для маркировки продукции. Если там есть соответствующее законодательство по отдельным категориям товаров, которое требует от производителей обеспечить защиту от подделок, это будет дополнительный плюс, но в США каждый штат имеет свои законы. Сейчас главное, что мы показали: «Микрон» — один из тех производителей, которые могут обеспечить потенциально высокий спрос на такого рода изделия качественным продуктом, уже зарекомендовавшим себя трехмиллиардной серией. И оставили свои контакты.

— Из крупных отечественных госпроектов в интервью осенью 2014 года мы обсуждали загранпаспорт с чипом «Микрона», на который планировалось добавить данные об отпечатке пальца — тогда шла его доработка…

Д.В. — Сейчас чип разработан, имеет необходимые сертификаты, завершены испытания, и мы готовы участвовать с этим продуктом в ближайшем очередном конкурсе на массовую поставку этих чипов. В проекте участвует большое количество организаций: Гознак, ФМС, Минкомсвязи и мы, как производитель. К своей гордости могу сказать, что в настоящий момент мы единственный отечественный производитель, который разработал такой чип и массово поставляет его на рынок. Чипы без биометрических данных мы поставляем уже в течение трёх лет, порядка 3 миллионов микросхем.

— Планы по новым электронным российским паспортам с чипом уже получили развитие? Их собирались вводить с 1 января …

Д.В. — Сроки перенесли, поскольку возник ряд вопросов по применению. Но недавно перед Дмитрием Медведевым состоялась тестовая процедура оформления и выдачи нового удостоверения личности гражданина — электронной кары, в которой стоит чип «Микрона».

А.Д. — И в настоящий момент в России нет альтернативы уже готового, серийного отечественного защищенного чипа для электронных документов.

— Когда планируется начать массовую выдачу таких паспортов?

Д.В. — Есть только планы, которые от нас никак не зависят. По последним данным, пилотная зона выдачи паспортов будет запущена с 1 июля 2015 года. Мы к этому готовы, сейчас идёт доработка и утверждение нормативной базы по всем причастным ведомствам.

А.Д. — Если раньше выдача паспортов была в ведении Министерства внутренних дел, сейчас это будет делать ФМС; необходимо вести учёт граждан, соотнести базы данных, обеспечить каналы связи, этим занимается Минкомсвязь; нужна система, которая будет всем этим управлять. Сейчас все ведомства занимаются согласованием нормативной базы и выработкой единых документов. Параллельно будет запущена тестовая зона, в которой будет отрабатываться процедура выдачи нового паспорта и его использования — там будут искать какие-то узкие места с точки зрения и технологии, и применения.

— Где будет эта тестовая зона по выдаче электронных паспортов?

А.Д. — В ряде регионов Южного федерального округа. Там будут отрабатываться эти новые технологии.

— Предполагается только выдача новых паспортов, которые постепенно заместят старые, или полная замена паспортов?

Д.В. — По той концепции, которая обсуждалась — полная замена. Документ очень сложный — в загранпаспорте данные на чип требовалось записать один раз, а визы как ставили штампами на бумажные страницы, так и ставят. А в гражданском электронном паспорте вносить изменения в информацию на чипе придётся постоянно: при смене прописки или регистрации, при вступлении в брак, при появлении детей и т. д.

— Потребуется постоянная работа с самим чипом?

Д.В. — Да, чип содержит память, защищенную криптографией и программно, и аппаратно — в ней будет находиться информация, защищенная от взлома и от доступа, которую можно изменять только в специальных доверенных центрах. Чип обладает большим циклом перезаписи и большим сроком службы — десять лет.

— Это пугает, как нынешняя история с электронными дневниками в школах — их оказалось не так-то просто ввести, система работает с огрехами. А если что-то испортится в чипе паспорта… Бумажные дубликаты останутся?

А.Д. — Это вопрос не к нам. Но фактически такой паспорт — не единственное хранилище личных данных, а некий агрегатор информации из разных баз данных: из базы МВД, где отмечается прописка, из базы ФМС, из базы Минздрава… Собственно, идея была в том, чтобы собирать эти сведения из разных учреждений в одном защищенном месте — на едином «носителе». Так как эта карта электронная, время обработки и получения документов уменьшится во много раз: не надо будет заполнять вручную никаких анкет и заявлений — просто положил карту на считыватель, и всё моментально заполнено. А для нас это новый большой рынок сбыта, а значит — загрузка производства.

Д.В. — Еще одна важная опция этого документа — он будет содержать электронную цифровую подпись гражданина, с помощью которой можно заверять документы, совершать сделки, в том числе дистанционно, использовать её в налоговой инспекции и т. д.

— Это то, за что я сейчас плачу деньги, получая ЭЦП на флешке — в новом паспорте она будет встроена у всех?

Д.В. — Да. Плюс доступ к госуслугам. Минкомсвязи, насколько мне известно, сейчас готовит упрощение массового доступа к госуслугам, при котором электронный паспорт будет играть роль ключа.

А.Д. — Мы уже скоро догоним и перегоним, к примеру, Сингапур по уровню информатизации в государстве.

— Ну, хоть в этом.

А.Д. — Хоть в этом, да. А также в области балета мы впереди.

Источник: Zelenograd.ru

Оцените материал:

Автор: Александр Эрлих, Елена Панасенко, Zelenograd.ru



Комментарии

0 / 0
0 / 0

Прокомментировать





 
 
 




Rambler's Top100
Руководителям  |  Разработчикам  |  Производителям  |  Снабженцам
© 2007 - 2017 Издательский дом Электроника
Использование любых бесплатных материалов разрешено, при условии наличия ссылки на сайт «Время электроники».
Создание сайтаFractalla Design | Сделано на CMS DJEM ®
Контакты